Баренцево море забрало жизни 118 членов экипажа российской подлодки.
22 года назад российское общество простило Кремлю равнодушие к гибели экипажа АПЛ “Курск” и этим помогло власти взять страну под контроль.
“Она утонула”, – это было первое по-настоящему крылатое высказывание Владимира Путина в тогда еще совсем новой для него должности президента. Двадцать два года спустя оно живет в сотнях интернет-мемов.
“Курск” как повод
Это символично. Ведь за 22 года, прошедших с того дня, как на лентах информагентств появилось сообщение о потери связи с подводной лодкой, мир видел многое – теракты на Дубровке и в Беслане, войну с Грузией, войну с Украиной, интервенцию в Сирии, убийства Анны Политковской и Бориса Немцова, процесс по делу Ходорковского, Болотную площадь, пандемию и протесты в Хабаровске. Но история гибели “Курска” – особенная. Глядя из сегодняшнего дня, понимаешь: еще тогда, августе 2000-го, в ней проявились все характерные черты путинского правления.
Это, прежде всего, равнодушие к судьбам людей, отношение к ним как к деталям государственной машины. Отказ Кремля от предложений британцев и норвежцев помочь в проведении спасательных работ, похоже, лишил нескольких моряков, переживших взрыв на борту подлодки, шансов на спасение. В то же время “верховный главнокомандующий РФ” продолжал спокойно отдыхать в Сочи.
Кроме того, это бесконечная официальная ложь – сначала о том, что авария на “Курске” локализована, потом о наличии связи с экипажем, затем о возможном столкновении с подводной лодкой США. Тогда еще ложь была довольно неуклюжей, ведь ни командование Северного флота, ни администрация президента не обладали нынешним уровнем пиар-подготовки властных структур России. “Их там нет”, “конституцию менять не будем” и “в РФ нет никаких ЧВК” будут позже, но представление о том, что власть не обязана говорить обществу правду, возведенное в принцип политики, восходит к тому августу 22 года назад.
Тогда же Путин показал всей стране: подавление альтернативных властным мнений – ключевой элемент политики Кремля.